Как утверждает Аристотель, «человек – политическое животное», которое не может развиваться вне социума («города-государства», πόλις, трактат «Политика»). Если это так, то Слово является для людей не только средством общения, но и главным политическим инструментом, отличающим «политическое животное», то есть человека развитого, от просто животного. Со словами нужно быть осторожным, потому что они могут больно ранить душу человека и даже спровоцировать его смерть; слова могут спровоцировать войны между цивилизациями, поэтому Слово равнозначно оружию – индивидуального и массового поражения. «Иногда лучше сказать, чем смолчать, иногда вредит и Слово» – это Руставели, «Витязь в тигровой шкуре».

Разумеется, вредят и убивают не добрые слова, а злые, воздействие которых тем сильнее, чем больше внимающая им аудитория. Во времена Аристотеля и Руставели письменность была привилегией богатых, слова передавали из уст в уста, а собравшаяся в амфитеатре публичная аудитория внимала оратору, которому приходилось говорить громко, практически кричать из-за отсутствия звукоусиливающей аппаратуры. Затем появились печатные СМИ – газеты, позже радио и телевидение, что расширило ареал аудитории в миллионы раз, но всё равно она оставалась локальной. И лишь с появлением интернета и цифровых технологий, давшим старт электронным медиасредствам, мобильной связи, соцсетям и нейросетям, все ограничения для распространения Слова исчезли – аудитория стала глобальной, практически сравнявшись по численности с населением планеты (за исключением немногочисленных диких племён, а также специальных запретов, накладываемых властями некоторых государств с целью ограждения населения от нежелательного иностранного влияния).

   Наряду с безграничным масштабом охвата, принципиально важно, что авторами контента (в соцсети, на сайте, на кабельном телеканале), кроме профи (журналистов, публицистов, политологов), стали дилетанты - рядовые обыватели, которые вольны говорить и писать всё, что им заблагорассудится, в том числе – на языке ненависти («hate speech»).

   В Грузии за пару дней зарегистрировать информационное агентство, кабельное телевидение и любую медиаплатформу не составляет никакого труда, а чтобы стать блогером - пользователем соцсетей достаточно минут для регистрации. Не только новоиспечённые самозванные «медиа», но даже медиакорпорации с многолетней историей используют для распространения собственной информации ресурсы соцсетей, которые объединяют миллиарды равных в правах пользователей. И вот, новоиспечённые «журналисты» и «гендиректора» практически не существующих «информагентств» и семейных «телекомпаний» (микрофон в комнате-«студии» с баннером на стене) направляются за рубеж, беспрепятственно получают аккредитации и представляют Грузию. В основном такое происходит на постсоветском пространстве, в том числе - в гостеприимной Российской Федерации, ведь в других странах, особенно на Западе, дилетанты никогда не пройдут процедуру идентификации - одна лишь регистрация в грузинском Минюсте, без журналистского бэкграунда и материалов в Сети, ничего не значит.

На этом предисловие завершилось, перехожу к основной части данной публикации. Итак:

В Департаменте по защите прав человека МВД Грузии 1 июня приступило к работе Управление по борьбе против языка ненависти. Функцией нового спецподразделения является мониторинг и выявление публично распространяемых в социальных сетях и СМИ оскорбительных высказываний, унижающих человеческое достоинство и содержащих язык ненависти, если они имеют признаки административного правонарушения, предусмотренного Кодексом Грузии об административных правонарушениях. Управление будет выявлять предполагаемое правонарушение и предполагаемого правонарушителя, устанавливать его личность, подготавливать материалы административного производства, составлять протокол об административном правонарушении и с соблюдением правил подсудности направлять эти материалы в суды общей юрисдикции.

Понимают ли во власти, в том числе - те, кто инициировал эту новацию, за какое огромное дело взялись? Ведь речь - о возвращении стандартов морали и нравственности в некогда высококультурное, а ныне зомбированное и разобщённое западной пропагандой грузинское общество. Речь идёт о защите прав и достоинства тысяч и тысяч незаслуженно униженных и оскорблённых, которые не могут призвать к ответу удобно устроившихся за клавиатурой клеветников, как правило – трусливых хамов, не соглашающихся на личную встречу. А если кто и встретится с ними, чтобы спросить за слова, то в случае рукоприкладства закон осудит не сквернослова, а человека, защищающего свою честь, поруганную перед миллионами сограждан – пользователями соцсетей.

Вызывает удивление, что вместо всеобщей поддержки этого беспрецедентного решения власти «Грузинской мечты», которое может стать переломным в деле оздоровления и консолидации грузинского общества, в Грузии имеет место непонимание и даже критика со стороны различных индивидов и групп. Создаётся общественное мнение, что действующая власть попирает свободу слова в Грузии, что за каждое нецензурное слово людей будут сажать в тюрьму и что правящая партия после принятия законов о прозрачности финансирования агентов иностранного влияния и о запрете пропаганды гомосексуализма изобрела очередной инструмент для расправы с инакомыслящими, будь то оппозиционер или невоздержанный на язык обыватель.

Реакция оппонентов власти – радикальной оппозиции, неправительственных организаций и прочих иностранных агентов, которых, как показала акция 26 мая, в Грузии можно пересчитать по пальцам, абсолютно понятна - они теряют главный инструмент троллинга – возможность использовать язык ненависти, чтобы манипулировать общественным мнением, с помощью тролль-ботов создавая иллюзию массовости, сеять хаос, панику, сплетни, скандалы, ксенофобию и конфликты в социальных сетях, форумах и мессенджерах; они теряют возможность провоцировать агрессию среди мирных обывателей, организовывать митинги протеста и призывать законопослушных граждан к свержению власти с помощью соцсетей и подконтрольных телекомпаний, за что получают щедрые западные гранты.

Удивляет непонимание со стороны той уважаемой части грузинского общества, которая традиционно находилась в авангарде борьбы с режимом Саакашвили, с насаждением ЛГБТ-ценностей, однополых браков и других чуждых грузинам евростандартов, хотя они, а также их близкие, друзья, единомышленники и даже члены семей были в недавнем прошлом мишенью незаслуженных оскорблений и травли с применением языка ненависти.

Напомню, что языка ненависти в Грузинской ССР, в отличие от большинства стран Запада и особенно США с табличками «Для белых», никогда не было. А тех, кто позволял себе вражеские выпады по расовому, национальному и религиозному признакам по отношению к носителям иной системы культурных или субкультурных ценностей, надолго изолировали от общества в «местах, не столь отдалённых», то есть - в тюрьмах и лагерях. Соответственно, в Грузии и СССР не было расизма, ксенофобии, межнациональной вражды и нетерпимости, гомофобии и сексизма. Сексуальные меньшинства и секты, конечно, были, но пропаганда их ценностей воспрещалась законом и порицалась обществом, поэтому гомосексуалы и сектанты жили счастливо, в гармонии с окружающими, и не подвергались агрессии. Говорить о национализме и сексизме в СССР, созданном на принципах интернационализма и равноправия мужчины и женщины, просто неуместно.

   Язык ненависти появился в Грузии, прибалтийских и некоторых других советских республиках в процессе ликвидации СССР. Именно тогда появилось деление на автохтонную нацию и нацменьшинства – «гостей», которым указывали на дверь; именно тогда началось деление на «чистых» грузин и «нечистых», предки которых, якобы, «поменяли фамилии» на грузинские; именно тогда начался исход русских и других этносов из Грузии, которые веками счастливо жили в мире и согласии с грузинами. Именно тогда начались войны по национальному признаку – армян с азербайджанцами, грузин - с абхазами и осетинами, которые всегда жили во взаимной дружбе и любви, чему подтверждение – смешанные браки.

Язык ненависти стал главным оружием команды «реформаторов» Саакашвили, которая пришла к власти под флагом фальшивого интернационализма. Телекомпания «Рустави 2» и движение «Кмара» (грузинский аналог «Отпора») работали исключительно с применением языка ненависти, стандартом телеведущих стали неприязненно и брезгливо опущенные книзу уголки губ – «злые морщины-марионетки», как у Саакашвили. Они разжигали вражду не только к коррумпированным чиновникам Шеварднадзе, но и к родителям – «совкам» и «рабам родом из СССР», к грузинской «красной» интеллигенции» – «агентам КГБ, которых надлежит смыть в унитаз». Митингами протеста исключительно на языке ненависти спровоцировали «Революцию роз», расколов население на сторонников Шеварднадзе и Аслана Абашидзе – и на сторонников «революционной тройки» Саакашвили—Жвания—Бурджанадзе. Хотя лидеры «реформаторов», включая Саакашвили, были благополучными отпрысками той самой «совковой красной интеллигенции», дружившей с КГБ и пожинавшей все цековские привилегии для советской творческой, научной, хозяйственной и партийной элиты.

Повторяю - именно тогда был внесён раскол в грузинское общество: между родителями и детьми, между старшим и младшим поколением, между «пророссийскими», а значит – отсталыми, и «прозападными», то бишь - «передовыми». Этот раскол в Грузии не могут преодолеть по сей день.

«Шипы» «цветного» госпереворота 2003 года граждане Грузии познали на второй же день. Команда «реформаторов» Саакашвили, в отличие от «Грузинской мечты», отдавала должное роли СМИ и соцсетей в создании PR для власти, поэтому ареал языка ненависти срочно расширили за счёт прихватизации уже существующих СМИ. А с теми немногочисленными медиа, которые остановить, купить и напугать не удалось, расправлялись без церемоний – громили редакции, выкидывали на улицу журналистов, закрывали. Начались телеаресты, точнее – государственный рэкет «красных директоров» и бизнесменов, которых спецназ в неурочное время доставал в нижнем белье из супружеских спален в присутствии перепуганных полуодетых жён и детей, под прицелом автоматов и объективов телекамер «Рустави 2». «Вот эти негодяи, которые обкрадывали грузинский народ! Мы сгноим их в тюрьмах и экспроприируем наворованное ими имущество и дома, чтобы вернуть нуждающемуся населению!» –телеаресты сопровождались языком ненависти, достоинство человека втаптывали в грязь перед прильнувшим к телеэкранам населением Грузии, позабыв о презумпции невиновности. Ночью, в камере, в присутствии нотариуса, не выдержав пыток и угроз, несчастные переписывали всё своё имущество на родственников власть имущих и перечисляли все деньги на спецсчёт в Главной прокуратуре.

   А в 2007 году, когда партийная казна и карманы лидеров «Нацдвижения» были полны до отказа, после того, как Саакашвили успешно передал российским инвесторам многие стратегические объекты грузинской экономики, тема борьбы с коррупцией перестала быть актуальной – тоталитарный диктаторский режим Саакашвили правил Грузией уже четвёртый год, какая могла быть коррупция?! Саакашвили, нарушив обещание, данное Путину, срочно вывел из Грузии российские базы и начал подготовку к провокации августа 2008 года, поэтому мишенью языка ненависти стали Россия и русские. С целью разжигания розни и насаждения русофобии под непосредственным кураторством министра внутренних дел Вано Мерабишвили, секретаря Совбеза Гиги Бокерия, вдобавок к «Рустави 2» и другим провластным медиа, была создана телекомпания «Первый Информационный Кавказский» (ПИК) и группа инфлюенсеров, в основном – русскоязычные блогеры из Абхазии и России (сектанты-атеисты-либертарианцы, которых вывели на связь с чеченскими группировками). Интернет-диверсантам, как я окрестил их в своём журналистском расследовании, выдали удостоверения сотрудников МВД, а премьер-министр в конвертах раздавал им премии и зарплаты. По телевидению и на веб-сайтах, в блогах на Facebook, LiveJournal и на видео в YouTube они клеймили людей «российскими шпионами», «агентами ФСБ», «кремлёвскими подстилками», «недоносками Путина» и угрожали физической расправой за «предательство родины». Вот тогда была задействована тактика навешивания «пророссийских ярлыков», которой в прошедшие выходные проправительственная телекомпания «Имеди» посвятила поверхностный репортаж. Их угрозы были не пустыми, а приводились в исполнение – напомню хотя бы изгнание прессы из здания издательства «Самшобло», погром в телекомпании «Имеди» и документальный телесериал «Энвер» о «российских шпионах» в Грузии.

   После тысяч угроз по телефону, СМС, месседжей в соцсетях, писем по электронной почте и рейдов в редакцию ГРУЗИНФОРМ, на меня покушались дважды: в первый раз меня спас мой «Мерседес» - его переехал и тащил за собой огромный трейлер, а второе покушение закончилось травмами черепа и позвоночника от ударов железной арматурой. Систематические коллективные угрозы на языке ненависти - сжечь заживо моих престарелых больных родителей вместе с моим домом, «пустить по кругу» мою супругу и малолетнего ребёнка, осквернить могилы моих предков, чтобы «искоренить мой проклятый ген», пытать меня до смерти, чтобы другим неповадно было, были зафиксированы. Серия публикаций разоблачившего их журналистского расследования «Интернет-диверсанты Вано Мерабишвили» (см. в интернете), IP-адреса, фотографии, документы и видео на сотнях страниц и DVD-дисках были переданы в МВД, Генпрокуратуру и Минюст для проформы – власть не могла арестовать исполнителей, выполняющих её задание. Уже ничего не говорю о десятках кибератак в день со взломами сайта ГРУЗИНФОРМ - провайдеру SERV.GE вместе с моим программистом приходилось восстанавливать веб-сайт агентства по нескольку раз в день.

Травля закончилась в начале 2012 года благодаря Католикос-Патриарху всея Грузии, Святейшему и Блаженнейшему Илие II, которого я поставил в известность, и тогдашнему послу США в Грузии Джону Бассу, на имя которого опубликовал Открытое письмо (английскую печатную версию на бланке ГРУЗИНФОРМ переслал в американское Посольство с курьером DHL).

   Примечательный факт: после того, как «сверху» охоте на меня был дан «отбой», я всё же получил около тысячи посланий на языке ненависти, авторов которых заблокировал. После чего два легендарных IT-специалиста МВД позвонили мне и заверили, что «ботоферма» и Министерство к этому непричастны, а также пригласили к себе, в свой отдел, чтобы вычислить нарушителей. Так как пойти в МВД я отказался – все послания хранились в стационарном компьютере в моём кабинете, они сами пришли ко мне в редакцию и, признаюсь, оставили положительное впечатление. Это были вежливые молодые люди, которые, заглянув в мои компьютеры и тут же вычислили через свои мобильники по IP-адресам авторов посланий на языке ненависти. Каково же было моё удивление, когда под фальшивыми и анонимными аккаунтами обнаружилось много моих знакомых и коллег, которые поддерживали со мной дружеские отношения! Но я сдержал данное слово и по сей день не подаю вида, когда они выражают наигранную радость при встрече...

Несмотря на то, что эти два айтишника являлись штатными сотрудниками МВД – офицерами с высокими зарплатами; что все глобальные хакерские атаки со взломами сайтов, а также видеонаблюдение за оппонентами Саакашвили, а также его ближайшим окружением, включая самого Мерабишвили, их жёнами и любовницами, осуществлялись явно не без их участия и под их руководством, политика, как таковая, этих парней не интересовала. Это были аполитичные технократы, как все высокопрофессиональные программисты. Впоследствии я посетил их центр в МВД, они всё также были модно одеты в джинсы, в спортивной обуви, и работали двое в большой светлой комнате с множеством компьютеров.

Созданные по заданию режима Саакашвили фейковые нарративы и сторителлинг вспоминать можно бесконечно, что сегодня бессмысленно, но не могу не вспомнить классическую кампанию с употреблением языка ненависти против Католикоса-Патриарха всея Грузии Илии Второго, которого постоянно оскорбляли, называя сотрудником КГБ, агентом Кремля, связанным с ЦК КПСС. Знаю, как это удручало Святейшего и Блаженнейшего и отрицательно повлияло на его здоровье, хотя он не подавал вида. Особенно отличалась супружеская пара, которая сегодня ходит в лидерах Альянса оппозиции. Даже если бы Илия Второй не был Духовным Отцом нации, бессовестные сектанты и атеисты ранили сердце святого человека в глубоко преклонных летах, чем ускорили его кончину.

Или как не вспомнить другого нынешнего лидера Альянса оппозиции – бывшего гендиректора и телеведущего «Рустави 2», который ввёл в практику нецензурную ругань в прямом эфире? И его бойфренда – телеведущего, который в прямом телеэфире на русском языке материл президента Путина и могилы его покойных родителей самыми грязными словами, которые существуют в уличной лексике?! Как называется несчастное существо, которое оскорбляет память ушедших, могилы? Путин, отвечая на вопрос российского журналиста, двумя словами с сожалением отозвался об этом несчастном, но ведь расчёт был на большую провокацию! Показательно, что впоследствии этот телеведущий, материвший Путина, предал своего любимого друга и гендиректора – выдал его киллерам…

Их пример оказался заразителен: ради дешёвой популярности среди нездоровой части зрительской аудитории смачно материться и похабно сквернословить онлайн начали ведущие частных телеканалов – даже те, которых в обществе раньше считали приличными людьми, ратующими за урегулирования отношений с Россией.

А сколько примеров систематического буллинга в соцсетях, о котором широкая общественность не подозревает, от чего ничем не примечательные люди получали инфаркты и инсульты на нервной почве?! Уже ничего не говорю об умственно ущербных импотентах, которые, как видно, получают сексуальное удовлетворение, оскорбляя успешных женщин последними словами! Культ женщины в Грузии - матери, сестры, супруги - это традиция, уходящая в века. А в Советской Армии командиры знали, что призванных на срочную службу грузин ругать по матери нельзя. Но как удержать горячих грузинских парней, когда их вызывающе задевают в соцсетях, провоцируя на рукоприкладство?!

   Так почему же сегодня не поддержать власть «Грузинской мечты», которая раз и навсегда хочет отрезать язык ненависти? Пусть платят штрафы и сидят в тюрьме мерзавцы, а не законопослушные люди, ответившие им по заслугам! Мониторить все соцсети и СМИ новому Управлению МВД из 10 сотрудников, которым руководит молодая девушка, будет трудно без помощи ИИ – к примеру ChatGPT, способного распознавать и фильтровать язык ненависти благодаря встроенным алгоритмам модерации и системам безопасности от OpenAI (в Сети популярна песенка-клип, как девушка выходит замуж за трансформера ChatGPT, потому что её Виталик был груб).

   И последнее: хочу предупредить граждан Грузии, что ЯЗЫК НЕНАВИСТИ ДО КИЕВА ДОВЕДЁТ, если его вовремя не отрезать. Довести Грузию до сегодняшнего состояния Киева мечтают многие внешние и внутренние враги, провоцируя население Грузии на борьбу с «русскими оккупантами». Кроме языка ненависти, разжечь русофобию в Грузии неожиданно помогают неуместные, сделанные некстати заявления из Москвы – скорее всего, без злого умысла, необдуманно, полагаясь на фейковую информацию от нечистоплотных «детей лейтенанта Шмидта грузинского разлива». Чем жалующиеся в Москве на действия грузинской власти грузины - граждане Грузии отличаются от русофобов – грузин, граждан Грузии, жалующихся на грузинскую власть в Вашингтон и Брюссель?!

Напоминаю моим согражданам, что гибридная война – это вид межгосударственного конфликта, сочетающий классические военные действия с тайными операциями, кибератаками, экономическим давлением, дезинформацией и поддержкой различных прокси-сил. Её цель – скрытно дестабилизировать противника и захватить инициативу без прямого полномасштабного вторжения. Одним из основных инструментов гибридной войны являются информационные и психологические атаки: манипуляция общественным мнением, распространение фейков и пропаганда для раскола общества и подрыва доверия к государственным институтам.

Сегодня против Грузии Запад ведёт гибридную войну. В Грузии не осталось ни одной гостайны, которую бы не вывезли и не передали западным спецслужбам резиденты-агенты в Грузии, возглавлявшие высшие органы государственной власти и силовые структуры. Достаточно назвать экс-президента Зурабишвили, экс-спикера Парламента Усупашвили, экс-министра обороны Хидашели, не упоминая других, некоторые из которых сегодня находятся под следствием.

Так как на классические военные действия – заставить открыть «Второй фронт» против России – спровоцировать власть «Грузинской мечты» не удалось, не удались 6 попыток госпереворота, коллективный Запад перешёл к плану «Б», рассчитанный на силы радикальной оппозиции, НПО и окопавшегося в грузинской власти «deep state». Тайные операции, саботаж, кибератаки, экономическое давление и дезинформация должны настолько дестабилизировать ситуацию в государстве, настолько подорвать доверие большинства населения к власти «Грузинской мечты», чтобы возмущённые избиратели сами сменили власть, за которую голосовали с 2012 года. Об этом подробно рассказал в прошлой публикации, после которой премьер-министр Ираклий Кобахидзе встретился с родителями детей, больных синдромом Дюшенна, и «чёрный пиар» против власти естественно иссяк.

Власть должна работать на опережение и сама решать проблемы, пока их не взяли на вооружение противники, критикующие «Грузинскую мечту» и её сторонников в СМИ и соцсетях, часто – незаслуженно, иногда – по делу, но всегда - исключительно на языке ненависти.

С глубоким уважением к читателю и надеждой на понимание,

   Арно Хидирбегишвили,
генеральный директор и главный редактор Грузинского информационно-аналитического агентства «ГРУЗИНФОРМ», директор Центра безопасности, стратегического анализа и информационной политики, грузинский журналист, публицист и медиаменеджер с 26-летним стажем, аналитические прогнозы которого оправдываются, автор более 5 тысяч публикаций, ни одна из которых не была заказной.

7 июня 2026 года
Грузия, Тбилиси